Все от головы

В театре СТИ под руководством Сергея Женовача – особая атмосфера, притягивающая зрителей хоть раз попавших в эту зону обаяния и молодости. Здесь к публике относятся с любовью и уважением, не стараются шокировать, эпатировать, раздражать. Со спектаклей СТИ зритель не уходит. Диалог публики и театра проходит на равных, поскольку зависит от подготовленности и настроя, а в СТИ постоянный зритель – еще и хороший читатель, ведь большую часть репертуара занимает художественная литература, а не драматургия.

Роман «Мастер и Маргарита» -  волшебный, загадочный, сложносочиненный и сложноподдающийся. Пожалуй, не найдется москвича, который не прочел бы и не перечел эту книгу Михаила Булгакова, ярко описавшего Москву и ее жителей в непростой период советской эпохи. Постановок в театре и кино по всему миру было немало, запомнились единицы. И вот, новый спектакль главного режиссера нового московского театра (у СТИ теперь новый статус), новое время и новый предложенный ракурс.

Пока зрители рассаживаются и рассматривают сцену, на больничной койке ворочается молодой поэт Иван Бездомный (Иван Янковский), к которому приходит не кто-нибудь, а сам Воланд в наброшенном на плечи белом халате  с авоськой апельсинов. Спектакль начинается с шестой главы романа «Шизофрения, как и было сказано», и неспроста Воланд (Алексей Вертков) в  спектакле – самая значительная фигура.

«В чем секрет твоего спокойствия? – В полном принятии неизбежного». - Эта булгаковская цитата венчает визитку профессора черной магии Wolandа. Визитки дьявольская свита услужливо вручает зрителям. Воланд -  главный врач клиники,  философ,  нарушитель спокойствия,  справедливый вершитель судеб. Мир превратился в сплошной сумасшедший дом, в котором нет общих правил, законы не для всех, и бессмысленно искать логику, если все зависит от чьей-то воли. Жизнь человеческая снова ничего не значит, ибо ничтожна. А вот рукописи не горят, и слово – великая сила. Только, чтобы оценить силу слова, нужно иметь голову.

Головы же у пациентов не в порядке и, более того, есть не у всех. Лишился головы писатель Берлиоз (Сергей Аброскин) – вот она лежит (стоит) на письменном столе. «Раскалывается» от боли голова Ивана Бездомного, который получив успокоительный укол, теряет чувство реальности. Мучается дикими мигренями, корчась на полу в окровавленной рубахе (вместо мантии), причитая, словно юродивый, прокуратор Иудеи Понтий Пилат (Дмитрий Липинский). Без головы оказывается пошлый конферансье Жорж Бенгальский (Алексей и Андрей Самойловы в этом трюке заставили зал ахнуть от удивления).

А вот Мастера (Игорь Лизенгевич), сжегшего роман,  голова больше не беспокоит, хотя за нее Маргарита (Евгения Громова) готова отдать собственную голову. Иешуа, бродячий философ, здесь оказывается «заторможенным» постояльцем скорбного дома,  с его «не от мира сего» лица не сходит блаженная улыбка. Га-Ноцри все время улыбается беспомощно, растерянно, и… бездействует.

Зато очень активно распоряжается свита Воланда, исполняя волю высших сатанинских сил. Великолепная Гелла (Татьяна Волкова) с нескончаемыми ногами в ажурных чулках и красном бикини, агрессивно выглядывающем из-под белого халата, с бездонными глазами цвета омута решительно орудует шприцем, быстро утихомиривая  разговорчивых пациентов. Буфетчику Сокову (Андрей Назимов) Гелла ставит капельницу с кровавого цвета вином и сама его потягивает через трубочку большим чувственным ртом, сводя с ума всю мужскую половину зала. Когда она расхаживает по залу в мини-халатике, некоторые зрители напрочь сворачивают свои головы (безголовых, таким образом, становится еще больше).

Доказательства сатанинской силы сыпятся  на публику вместе с долларовыми бумажками из прозрачной пустой коробки. Москвичам намекают, что некоторые  купюры – настоящие, и слуги  профессора черной магии: Азазелло (Александр Прошин), Коровин (Григорий Служитель) и Бегемот (Вячеслав Евлантьев) снисходительно наблюдают за реакцией. Внезапно деньги исчезают в живом огне печки, спрятанной в письменный стол. У зрителя из седьмого ряда обнаруживается за пазухой красный лифчик Геллы, головы Берлиоза и Жоржа Бенгальского капустными кочанами скатываются в зал, а сам Воланд сидит на сцене, небрежно откинувшись на спинку невидимого кресла, и даже из первого ряда не разглядеть начинку этого фокуса (специалист по черной магии - Артём Щукин).

Оформлен спектакль Александром Боровским соорудившим это белое странноприимное «царство», и Дамиром Исмагиловым, представляющим все в белом свете. Стена из казенных пододеяльников с прорезями окон, в которых появляются музыканты, рубахи пациентов и халаты санитаров (в которые одеты даже гардеробщики, выдающие номерки зрителям) -  все это добавляет сумасшествия происходящему, ибо мир населен безумцами. «А что отпираться, и вы, и я – сумасшедшие…», - грустно говорит Мастер Ивану Бездомному. Мастер сломлен и слишком измучен, чтобы мечтать о чем-либо. Ему нужен только покой, а Воланд предлагает исполнить любое желание. Алексей Вертков в этой роли походит на самого Михаила Булгакова, и на обложке программки  спектакля - лицо писателя, точнее, половина лица. Из романа в спектакле выбрана примерно половина мест, но даже в таком урезанном виде действие длится три часа, хотя, надо отдать должное театру, пролетают они незаметно. Чрезвычайно интересно перечитывать книгу вместе с театром, открывая для себя новые смыслы.

Одна из самых сложных задач в переводе романа на экран или сцену – изображение Кота Бегемота, решена режиссером просто: небольшого роста, очень выразительный артист Вячеслав Евлантьев внешне напоминает кота Матроскина - хитрые глаза с кошачьими зрачками, торчащие рыжие усищи и умение найти себе уютное местечко даже там, где вовсе нет места. Он органичен и обаятелен. Деловито пристраиваясь на кровати, уже забитой до него «коллегами», он не выпускает из рук огромную скользкую  рыбину, родственницу того самого осетра второй свежести из писательского ресторана.

Сергей Женовач не вывел на сцену гостей бала  сатаны, да и сам бал мы не видим, лишь голую спину хозяйки - королевы Марго, всю ночь проведшей на балконе, обращенном в потусторонний мир. О масштабах пожара, охватившего Москву, предложено судить по обожженным халатам санитаров  Воланда. История любви в спектакле тоже показана довольно схематично, зато подробно проложен путь к освобождению Мастера.

В финале Воланд прощается со зрителем, напутствуя ласково: «Ты свободен!». И уходит пол из-под ног, и чудесным образом мебель зависает в воздухе, а все герои оказываются на кровати Бездомного и, прищурившись, долго смотрят в зал, из которого доносятся бурные аплодисменты зрителей.

фотографии Александра Иванишина

публикация материала в журнале "Театральный мир", май 2017 года

https://www.facebook.com/pg/%D0%A2%D0%B5%D0%B0%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D1%8B%D0%B9-%D0%BC%D0%B8%D1%80-371496016231274/photos/?tab=album&album_id=1313951728652360