Дом Свифта – полная чаша

«Говорят, в Ноттингемшире – чрезмерные туманы, и народ сильно отстает в своем развитии…» - писал  Григорий Горин об Ирландии времен великого писателя Джонатана Свифта (семнадцатый век). В сегодняшней Москве – туманов нет, но небо часто затянуто мрачной серой депрессивной завесой,  чуть ли не по полгода,  видимо, потому в развитии мы тоже сильно отстали. Между прочим, когда  драматург Горин сочинял свои мудрые иронические пьесы, солнечных дней в нашей столице было куда больше…   

Над сценой и залом театра им. Пушкина задолго до начала спектакля «Дом, который построил Свифт» витает легкая дымка, окутывающая пространство  загадочным флёром. Явь или сон, реальность или фантазия, тут невозможно отличить правду от вымысла, да и не хочется, право. Спектакль режиссера Евгения Писарева с первых минут увлекает, тревожит, удивляет, наполняет, волнует. Все, что происходит на сцене, осмысленно и не эпатажно. Адекватны все и вся: оба действия, постановочная группа, актеры, зрители. В таком театре  хочется пребывать, сюда хочется возвращаться.

            

Сценография Зиновия Марголина чрезвычайно занимательна. Сначала горожане собираются у высокой стены собора, внимая долгому печальному звону колоколов (потом этот звону будет вторить перезвон выбиваемых стекол окон в доме Свифта). Этот просторный круглый дом со стеклянными стенами представляет собой двухэтажную полусферу, а, когда в следующей картине сценический круг поворачивается, зрители видят огромную чашку. Гигантская чашка с занесенной  над ней великанской ложкой  удивляет публику и страшит  лилипутов, и не зря: потом, в недопитом чае, по неосторожности, утонет один из лилипутов.      

                                                                             

Стена, скамейки, выгнутые окна, таинственный свет (художник Дамир Исмагилов) - все лаконично и по существу.

Актерский ансамбль, собранный Евгением Писаревым для своей новой  постановки, состоит из профессиональных солистов: каждый артист блестяще ведет свою партию. В массовых сценах глаза разбегаются от того, что не успеваешь  следить за лицом каждого персонажа, настолько «действующие  лица» интересны.

                                                            

Убеленный благородной сединой молчаливый Джонатан Свифт (Андрей Заводюк) в первом действии не произносит ни слова. Зачем слова, когда так красноречивы мысли? Он настолько же добр, насколько мудр. Он  любит всех - и людей и своих вымышленных героев,  никому ни в чем не в силах отказать. Две женщины, две яркие противоположности - Эстер (Анастасия Панина) и Ванесса (Анна Кармакова) борются за сердце декана Собора Святого Патрика,  своей любовью раздирая его на части, но Свифт молча сносит сердечную боль. Над людьми он не властен, он вершит судьбы лишь выдуманных героев. 

 Великан Глюм (Григорий Сиятвинда), наделенный воображением писателя  величием, умом и талантом, так раздражал власти, что вынужден был уменьшиться до «нормальных» размеров. Его история – одна из самых примечательных и доныне  актуальных: великаны стараются быть незаметными, в то время как  лилипуты стремятся стать видными членами общества.

Двух лилипутов (Игорь Теплов и Алексей Рахманов) в неуютной стране великанов могла спасти только верная дружба, но она не выдержала испытания ревнивым соперничеством не столько из-за женщины, сколько из-за миллиметров роста. История трех жизней маленьких человечков пролетела в какой-то миг, надолго врезавшись в память. 

  http://teatrpushkin.ru/uploads/play_image/image/1122/main_20160316_bogomaz.ru_DSC7951_www.jpg             

Лакей Патрик (Сергей Миллер) – верный почитатель Свифта, из любви к хозяину нанявший бродячих актеров, чтобы тот мог лицезреть своих героев.  Патрик, то сам притворяется, что видит лилипутов, и тогда весело гоняет их метлой по всему дому, то вдруг становится серьезным и строго отчитывает молодого доктора за незнание книг великого писателя. 

В густонаселенном спектакле, занята почти вся мужская часть труппы, и все хороши, но особенно хочется отметить образ  рыжего констебля в исполнении Александра Матросова. С помощью Некто (Александр Дмитриев), обреченного вечно слоняться по свету, рыжий солдат, словно под гипнозом, возвращается в свои прошлые жизни и с ужасом сознает, что все они повторяются, поскольку тупо тратятся на охрану несчастных пленников. Каждый раз судьба задавала урок, которому солдат не внимал, поэтому он  снова и снова … сторожит тюрьму.

                                          http://teatrpushkin.ru/uploads/play_image/image/1117/main_20160316_bogomaz.ru_DSC7462_www.jpg

Когда  память приводит   констебля  в 33-й год от Рождества Христова, его осеняет страшная догадка: на картине в городском Соборе, рядом с Иисусом изображен охранник с подозрительно знакомыми рыжими усами. Лицо солдата краснеет, потом белеет:  сейчас или никогда может решиться его судьба.  С этой минуты все пойдет по-другому. Солдат выпускает из тюрьмы невиновных - пусть ценой собственной жизни, зато не быть ему больше  охранником. Освобожденные  актеры устраивают констеблю  благодарную бурную овацию, не обращая  внимания на  крики доктора возле застреленного освободителя: «Это же - кровь, а не клюквенный сок!!!» (в этом месте чувствительного зрителя непременно проберет мороз).

                                                                                                       

Второе действие захватывает еще больше: в доме Свифта разбиты все окна, в живописных стеклянных проемах мелькают знакомые тени. Доктор, нервно ставивший диагнозы странным персонажам, вдруг сам становится одним из них, охотно примеряя плащ Гулливера. «Сколько мучается мать, чтобы научить вас говорить, а вот научиться молчать – на это порой уходит вся жизнь...». «Браво, доктор, вы замечательно промолчали свою роль!», - одобрительно замечают земляки гениального писателя-сатирика. Их общий долг – спасти великого памфлетиста от гнева властей и увековечить его имя для потомков. 

                                            

А грустный Свифт по-прежнему безмолвствует: он вложил в уста героев все, что хотел сказать,  сетуя лишь на то, что «в лирике не силен»…

Но зато и в лирике, и в иронии, и в драме силен Григорий Горин, а вслед за драматургом и режиссер Евгений Писарев, бережно преобразивший мудрый текст. Спектакль, как и пьесу, хочется разобрать на цитаты, и так отрадно, что в театре им. Пушкина можно посмотреть современную оригинальную постановку, не подвластную модным претенциозным тенденциям.

 

фото Юрий Богомаз

материал опубликован в журнале "Театральный мир" № 6-7 за 2016 год

https://www.facebook.com/%D0%A2%D0%B5%D0%B0%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D1%8B%D0%B9-%D0%BC%D0%B8%D1%80-371496016231274/photos/?tab=album&album_id=1029667520414117

http://teatrpushkin.ru/articles/dom-svifta-polnaya-chasha