В городе Окленде есть прекрасный театр, и в этот вечер там было представление типа цирка де Солей. Такой симбиоз театрального действия с сюжетом и большого количества оригинальных акробатических номеров.  Все это дополняли невероятные световые спецэффекты и отличная музыка. Это было так странно… Ведь город Окленд –  абсолютнейший конец земли. До Антарктики отсюда - рукой подать, всего пару часов лета. И вдруг театр, цирк, лазерное шоу…Хотя – чего тут странного? Я же не ожидала увидеть  расхаживающих по улицам пингвинов.  Честно? Все-таки надеялась…

     Цирк закончился. Ужин тоже. Корабль бесшумно покинул порт. Так закончилось наше путешествие на американском круизном судне через Тихий океан. Мы прошли от Сиднея по берегу Австралии, потом переплыли из Тасмании в Новую Зеландию и обошли ее  против часовой стрелки. Это заняло две недели. Но сначала мы прилетели из Москвы в Брисбен. Нас ждали друзья. Они собирались показать нам Австралии – ее маленькую часть, в которой живут уже почти сорок лет. Оба уехали из Советского Союза еще в брежневские времена. Они ненавидели строй , в котором приходилось тогда жить. Им даже в голову не могло придти, что все переменится. Выход был только один – уезжать. Они уехала. Все переменилось. Потом переменилось в обратную сторону. Им все равно теперь. Уехали, и уехали. Дети почти не говорят по-русски. Они нас встретили в аэропорту. Марик , кажется, Сашку не очень-то и узнал. Стал задавать всякие наводящие вопросы про какого-то питерского Голубчика, которой фарцевал пластинками и, тому подобное. Сашка помнил Голубчика. Марик успокоился.

    В первый день я решила вести дневник нашего путешествия. Дала слово, что буду записывать все самое интересное – не только то, что увижу, но и то , что подумаю. Вдруг на другом конце земного шара мне придут в голову какие-то новые и прекрасные мысли? Мысли приходили. Но главное - к своему удивлению, слово я сдержала, и дневник вела исправно. Он перед вами. Я постаралась ничего в нем не исправлять, чтобы сохранить для себя ощущения тех дней. А в заголовок вынесла слова, с которыми теперь навсегда у меня связана Австралия и Новая Зеландия.

 

КЕНГУРУ, КОАЛЫ И ВОМБАТЫ

 

День первый.

Прилетели.

   Из первых впечатлений - дорога из Москвы в Австралию оказалась не столь ужасна, как обещали. Друзья рассказывали пугающие истории о трудностях полета длиной в двадцать часов. Трудностей я особенно не заметила. Правда, мы летели бизнесом Тайских авиалиний, купленным почти полгода назад. Получилось не очень дорого. Но  это , конечно -  комфорт. Тем не менее - сначала до Бангкока восемь часов, потом пересадка три  часа, и еще девять часов до Брисбена. По ходу дела я совершенно запуталась во времени. У меня в голове наступал вечер, за окном самолета поднимался рассвет, а приземлились мы глубокой ночью.. Организм в смятении погрузился в сон. На всякий случай, до выяснения всех обстоятельств…

    Из приятных впечатлений полета - фильм Кустурицы « Аризонская мечта» тридцатилетней давности. Я его как-то пропустила тогда , а вот недавно посмотрела его же «По млечному пути» и прорыдала весь фильм. Знатоки сказали, что я так впечатлена потому, что не видела раннего Кустурицу. В «Млечном пути»он , мол, просто повторяет себя раннего. Может, он и повторяет, но делает это классно, красиво и очень зрело. А « Аризонская мечта» - фильм, конечно, обалденный, но смотреть мне его нужно было тогда, а не сейчас. Сейчас даже музыка Бреговича - вчерашний день. Но все равно было замечательно смотреть это кино, особенно в зонах турбулентности. Кто видел « Аризонскую мечту»- меня поймет..

 

День второй.

Зверьки и разные другие животные.

 И вот мы в Австралии. Это уже само по себе чудо. Брисбен - большой город, второй по величине после Сиднея, как я понимаю. Чем-то он  похож на американский Сан-Франциско. А еда - как в английской провинции. Простая и сытная. Но сравнивать неправильно. Здесь все какое-то другое, ни на что не похожее. И люди, и дома, и воздух, и природа. Еще не поняла , чем отличается. Может, пойму со временем.

    И куда мы пошли в Брисбене сразу, как проснулись? Правильно - смотреть кенгуру! Они живут в огромных вольерах, куда можно войти и с ними там погулять. Еще в парке, который почему то называется « Одинокая сосна», находятся коалы, вомбаты , собаки Динго, крокодилы и ящерицы, похожие на хамелеонов. Ящерицы ползают, где попало, прямо под ногами на пешеходных дорожках, крокодилы, слава Богу - в закрытых вольерах.

А коалы висят, как груши на деревьях и спят. Разбудить их сложно, но можно. Они такие чудесные, что, думаю, мы бы «постили» в фэйсбуке не котиков, а коал , будь такая возможность. Сплошное умиление, эти коалы.

 

День третий, четвертый, пятый.

В гостях у Питера и Шерил.

     В доме , где мы живем есть «Алекса» - устройство типа Сири на айфоне. Но «Алекса» - отдельный цилиндр, который загорается, когда к нему обращаешься с заданием. Очень круто. Алекса включает свет, запускает музыку, уменьшает громкость, находит разные радиостанции. Из-за разницы во времени между Москвой и Брисбеном муж мой Саша проснулся в пять утра и , когда я спустилась вниз, работало « Эхо Москвы», запущенное с помощью Алексы.  Вот сижу тут на краю земли и слушаю любимого своего Ясина про Собчак и Явлинского. Нормально?

   Именно сегодня я проснулась от мысли, что мой сын Андрюха, и подруга любимая, Лариса Каневская, и котик мой, Марсик и песик мой ,Персик, и другие московские друзья и знакомые - все они  ходят вверх ногами где-то у меня над головой на другом полюсе земного шара. Или я под ним вверх ногами... как посмотреть.

     Питер и Шерил , наши другие – австралийские-  друзья, приехали за нами в гостиницу в Брисбен на своей машине и повезли к себе в дом. Ехать час. Я все еще не могу привыкнуть, что руль вместе с водителем здесь, в Австралии - с другой стороны. Поэтому все время кажется, что едем по встречной полосе.

     Питер и Шерил - коренные австралийцы. Подружились мы необычно. Есть такой сайт « love home swap”. Сайт служит тем людям, которые любят путешествовать и готовы меняться для этого домами. Ну, вот сейчас мы у вас поживем, а через какое-то время - вы у нас. Условие - отсутствие хозяев в доме в момент пребывания там гостей. Мой продвинутый муж на этом сайте с ними и познакомился. Питеру семьдесят четыре года, его жена - чуть младше. У них трое взрослых детей - две дочери и сын. И пятеро внуков. Всю жизнь они жили и работали в Сиднее, а потом , когда вышли на пенсию, продали свою квартиру и купили дом в Gold Coast. Это такое место в устье реки Coomera , которая впадает в Тихий океан. Впадая , она делится на много излучин , которые образуют острова. Острова называются Суверенные. Здесь теперь их дом, в закрытом поселке, где у каждого есть лужайка, спуск к реке и моторная лодка. Живут даже несколько русских семей, но мы с ними решили не знакомиться.  Поселок - закрытый, а вот никакого шлагбаума нет. И воровства нет. Нас специально предупредили.

    Дом Питера и Шерил такой красоты, что даже не хочется его описывать обычными словами. В нем все – изумительно. Еще Шерил , видимо, очень хорошая хозяйка, у меня даже комплекс возник, ведь мои полотенца никогда не достигнут такого уровня мягкости. Никогда! И кастрюли  не встанут так ровно! Ну, и так далее...

   Питер и Шерил - путешественники. Став пенсионерами, они обязательно раз в год куда-нибудь едут. Обьездили весь мир. Прошлой весной они были в Сашином доме в Черногории, потом приезжали в Москву. Так, что мы у них - по обмену. В Москве мы их водили в ресторан «Грузин» на Садовом кольце. А они нас - в «Парагон» в Священной бухте. Здесь в Австралии масса необычных названий. Ощущение от их жизни, как от очень правильной, натуральной. Какая еда! Креветки и рыба! Осьминоги! Куча зелени. Овощи и фрукты всех сортов! Правда из-за джет лэга нет аппетита, но все равно приятно на это все смотреть и пробовать.

Питер и Шерил нас покормили, обьяснили что к чему в доме и уехали. А мы остались. На три дня.

    Gold Coast в Австралии - это как у нас черноморское побережье. Сюда едут со всей страны, как мы едем в Сочи, например. С детьми, в основном. Самый большой пляж - в городе с таким де названием Голд Кост. Там белый песок и очень классно. Но мы туда не поехали. Мы едем в горы.

 

День шестой.

Очень много природы.

 Вот интересно. Существует запрет вывозить из Австралии животных потому, что многие из них питаются только тем, что растет или водится здесь. На другом континенте они умрут от голода. ( Хотя, я думаю, проголодаешься - научишься есть всякую гадость). Но - тем не менее.

Здесь ,в самом деле , растут деревья и растения, которых я нигде не встречала. Не поверите - за три дня я не увидела, например, НИ ОДНОГО знакомого мне дерева. Даже пальмы какие-то другие...Так что ни кенгуренка, ни коаленка привезти не удастся.

  Из дома Питера и Шерил совершенно не хотелось выходить, но мы все же поехали к Tambourin mountain, что означает  «гора-барабан». Вызываем такси по юберу. Это прекрасно работает и дешевле в два раза, чем обычное такси На горе мы ходили над пропастью по подвесным дорожкам дышали эвкалиптами, рассматривали загадочные растения и водопады. Пили пиво , эль и сидр. Кстати, здесь большинство употребляет  именно эти напитки, при чем в больших количествах. И пиво, и сидр имеют массу разных вкусов и оттенков. Я пристрастилась к пиву. Зря я его раньше не пила!

 

День седьмой.

Марик и другие  Орлиевские.

Утро в Сиднее. Снова солнце и жара. Это моя любимая погода, лучше – не бывает. Это наше последнее утро в Сиднее, к вечеру мы отплываем из порта в путешествие на корабле. День провели с Марком и Ниной Орлиевскими. Это те , о которых я уже писала – эмигранты. Они нас сводили в музыкальный клуб, где мы слушали цыганские песни и танцевали. Под потрясающую музыку того же Бреговича. Почему-то он меня преследует вместе с Кустурицей. Австралия, кстати, абсолютно их место – Бреговича с Кустурицей. Все здесь полно смыслов и красоты. Все парадоксально и немножко странно. И все – от природы. Марк и Нина  очень красиво  танцевали в паре, видно, что они этому специально научились. Так приятно смотреть, когда муж и жена, прожившие почти полвека вместе, танцуют вместе и получают удовольствие от этого. 

      Сам Сидней, в отличие от Брисбена и Голд Коста, ничем пока не поразил. Или просто мозг устал поражаться. Зоопарк в Сиднее - вообще одно сплошное разочарование. Лучший момент - пиво в ожидании парома обратно в город в компании чудесной птицы. Птица называется ибис. Правда , это был какой-то гигантский ибис. Я ибиса представляла маленькой птичкой с изогнутым  клювиком. А это был какой-то ибис-страус.  Я выпила эль, а наглая птица украла со стола и  моментально слопала мой сэндвич , после чего убежала.

      Название зоопарка в Сиднее переводится как «прекрасный вид». Собственно, этим все исчерпывается.  Самое интересное здесь - вид . Больше ничего! Добраться до зоопарка можно только на пароме ( или  я что –то  не поняла? ). Потом поднимаешься на фуникулере в гору ( мы это сделали дважды, потому что нечего было делать в ожидании парома в обратную сторону, а они ходят строго по расписанию). Вид на город открывается , в самом деле, очень красивый. Видны набережная и символ Сиднея - оперный театр. Кстати, оперный театр на открытках выглядит невероятным архитектурным сооружением, а при ближайшем рассмотрении теряет все свое величие. Бетонная махина чем-то напоминает театрально-концертные дворцы в восточных республиках во времена Советского Союза. Но вид из зоопарка на бухту все равно прекрасный.  А вот животных, которых было обещано здесь почти три тысячи - не видно. Одни картинки и пустые клетки. Диким усилием воли разыскали-таки кенгуру, горилл и слонов. Каких-то еще псевдохорьков. Вомбат вышел, сьел сухого корма и снова ушел спать. Ну, еще по мелочи - рептилии всякие. Бедный Сашка благородно ожидал, когда мне  надоест смотреть зверей. С гримасой отвращения на лице...

     Итак - с животными покончено! Переходим к духовной жизни - музеям, джазу, пляжу и сьесть, наконец, хочется не сэндвич с индейкой, а нормальной еды....Тем более, что у вас - утро, а у нас время к ужину

Но вот еще кое-что об Австралии напоследок.  Я хотела купить дезодорант. Спрэй. Обошла все крупные торговые центры, где есть известные брэнды. Chanel, Armani, Dior, Lancome и еже с ними сообщили, как само собой разумеющееся, что спреев у них нет. Я долго не верила, ходила, спрашивала. Позвала Сашку с хорошим знанием английского. Оказалось - таки нет! Наверное , спрэй вредит природе. И продаются только те дезодоранты, которые льются и намазываются. Или спреи очень дешевых фирм. Вот так!

    А под конец  Марик Орлиевский свозил на рыбный рынок в Сиднее. Лучший из тех, где я бывала! Сьели столько, сколько смогли. И теперь ждем отплытия нашего корабля под названием «Ноордан» в Новую Зеландию. У меня дебют - первый в жизни круиз. Что это будет?

 

День восьмой.

Ах, ты, ух, ты – мы вышли из бухты…И осматриваем наш плавучий дом.

       Вышли мы из Sydney 21 ноября в 18.30. Сначала всех пассажиров выстроили, как в пионерской лагере, на палубе и провели лекцию по технике безопасности. Рассказали, кому к какой шлюпке бежать, если начнем тонуть или гореть, и всякие другие правила по спасению. Я совершенно загрустила. В каюте стояла бутылка шампанского в подарок от корабля. Шампанского не хотелось. Я пошла изучать новое обиталище. Это , скажу я вам, просто какой-то космос! Чем я так поражена? Меня удивляют размеры. Всего. Наш корабль - это такая плавучая гостиница в десять этажей. С бассейнами, магазинами, лифтами, ресторанами, СПА. Есть театр в виде амфитеатра мест на пятьсот с прекрасной сценой , волейбольная и баскетбольная площадка, небольшое футбольное поле и казино. Ну, и так по мелочи – бары, клубы. спортзалы, картинные галереи...И это все плывет по Тихому океану. Вместе с пассажирами и вай фаем. Нормально?

Пассажиров – много, чуть меньше , чем  две тысячи человек, в основном американцы, австралийцы, новозеландцы. Других разных национальностей – человек пятьсот. Сегодня слышала, как три девушки говорили у бассейна на иврите. Определила по словам «тов» и «кен», они употреблялись часто. Русских – шестеро, считая нас. Вай фай очень дорогой, но – прекрасный! Периодически по-быстрому «захожу» в фэйсбук, чтобы не потерять связь с прошлым. Еще я боюсь. Нервно вспоминаю фильм «Титаник» и прислушиваюсь, как работает двигатель корабля. Особенно ночью. О «Титанике» напоминает еще величественная лестница и горы красивой посуды в центральном ресторане. Я представляю себе, как это рушилось и тонуло в кино с Ди Каприо…Словом – тревожусь, как обычно.

 

День девятый.

Корабль плывет.

     На борту происходит миллион разных развлечений и каких-то мероприятий. На каждый день - их целый календарь, каждый час куда-нибудь можно пойти. Например, учиться делать мартини или танцевать. Послушать лекцию. Дегустировать вино. Посмотреть шоу. Такие вот нехитрые предложения как провести досуг. Многим это нравится. Меня привлекли два мероприятия – встреча «одиноких пассажиров» и встреча представителей ЛГБТ. Круто! И приятно, что среди увеселений для широких масс не забыты те, кого меньше.

Лично я предпочитаю загорать, сидеть на шезлонге и смотреть вдаль. Прервать это занятие может только прием пищи. Пищу тут принимают непрерывно и в громадных количествах. Завтрак перетекает в обед, потом начинаются легкие перекусы и ужины разного формата. Корабль похож на огромную фабрику еды. Хотя , это возможно впечатление первого дня, поскольку мы целый день плывем. Обед и ужин сегодня – главные развлечения. Не считая легких аперитивов. Потом начнутся остановки в разных портах и беготня.

    Что я думаю об этом круизе вообще? Судя по лицам, возрасту и манере общаться, такого рода отдых - это возможность для среднего класса американцев приблизиться к их представлениям о жизни богатых людей. Все элементы этой жизни как бы присутствуют на корабле – от джакузи до бассейна с голубой водой. От прекрасного куска мяса до бутылки хорошего вина. Отличие в том, что богатые люди пользуются этим в индивидуальном порядке, что абсолютно меняет дело. Настоящая роскошь – это то, чем обладаешь только ты. Или немногие. Я, например, не могу представить себя на этом пароходе мою подругу Иру Раппопорт, или Леню Бабушкина, или Джоза Гольдмана... Словом океанский круиз - это воплощение американской мечты. Не русской.

   Такие мысли. Но это все, на самом деле, не так важно. Нам здесь вполне комфортно , есть много мест для уединения и главное - выбор. Можно делать, можно нет. Можно вообще целый день лежать в каюте. К ней вообще претензий нет. Напоминает хороший номер в хорошей гостинице. И все бесперебойно функционирует, имеется полный комплект бытовой техники, чистота поддерживается милым стюардом. И главное – никто не пристает с вопросами и предложениями. Так что, мне здесь нравится. Даже очень!

 

День десятый.

Мысль первая: как избавится от привычки быть несчастной?

Плывем недалеко от Австралийского берега, и завтра должны причалить в Melbourne. На корабле предлагают массовые экскурсии, но мы связались с русским гидом в Мельбурне и организовали себе индивидуальную. На русском языке, что приятно. Для этого подговорили всех знакомых  русских на пароходе, чтобы не было очень дорого. Компания незнакомая, но шесть человек - в минивэне лучше же , чем шестьдесят - в автобусе. Надеюсь, все будет хорошо…

    Теперь, когда все организовано, можно сесть на палубе и осмыслить происходящее. Как положено.

    Я уже думала об этом ровно год назад. И даже написала свои мысли. Но, видимо - как-то очень резко, мой замечательный сын очень огорчился , и я удалила пост. Но вот ровно в то же время и в похожих обстоятельствах эти мысли возникают снова.

Почему я не могу ощутить удовольствие от жизни? Почему именно в тот момент, когда она поворачивается ко мне своей лучшей стороной и наступает безмятежность, я напрочь теряю покой? Вместо того, чтобы насладиться солнцем, прекрасной компанией, комфортом и возможностью ничего не делать, я испытываю чувство вины. Я этого не заслужила! Это все, понятно, скоро закончится и не нужно расслабляться. И главное - точно грядет расплата! Ведь за все хорошее нужно платить. И, чем лучше сейчас, тем хуже будет потом. Вариантов расплаты воображается много , не буду даже писать про них, чтобы не будить лиха. Все эти размышления рождают панику. И что самое неприятное – раздражение  и злость. Раздражение выплескивается на близких людей, которые во всем оказываются виноваты. Хотя они ни в чем не виноваты, конечно.

Ну, почему это так?

При чем , когда все плохо - наступает покой. Плохо и тяжело - это нормально и естественно. Тяжелая, хоть и интересная работа много лет подряд? Нормально. Необходимость пробиваться, доказывать, что ты из себя что-то представляешь? Естественно. Обиды, измены, одиночество. А как же? Нищенская зарплата, убогая больница, мечта хоть раз поехать на море. У всех так. Надо терпеть. Нет проблем.

Проблемы начинаются, когда всего этого больше нет.

 

День одиннадцатый.

За что аборигены сьели Кука?

    Взаимоотношения Сиднея и Мельбурна похожи на соперничество Москвы и Ленинграда. Они тоже много лет выясняют между собой, кто красивее и солидней.  И тот, и другой хотели быть столицей. Но стала Канберра. Спор о власти на этом завершился. Но соревнование продолжается. И все австралийцы делятся на тех, кто любит Сидней и тех, кто лучшим города мира считает Мельбурн. Лично я голосую за Сидней, Мельбурн я совсем не поняла. Огромный порт в окружении одноэтажных симпатичных домов с кружевными карнизами. Раньше здесь жили рабочие с верфи, а теперь эти дома – самые дорогие. Все трамваи, которые ездят в центре – бесплатные. Народ ходит расслабленный, как везде в Австралии. Нет проблем? Оказывается, есть. Например - с пресной водой. Ее не хватает. Потому что, большая часть Австралии – пустыня, и вообще здесь мало пресных водоемов и разных подземных вод. Хорошо еще, что живет в Австралии не так уж много народа – двадцать с чем-то миллионов на весь континент. Капля в море, по нашим меркам. А баранов, между прочим - шестьдесят пять миллионов. Не понимаю тогда , почему австралийский ягненок на косточке такой дорогой, в том числе и в самой Австралии.?

    Восточное побережье Австралии открыл Джеймс Кук в 1770 году. Он назвал его Новым Южным Уэльсом и провозгласил британским владением. Англичане стали вывозить сюда своих преступников – в ссылку и на каторгу. Первый пароход привез 1300 заключенных. Это случилось 26 января 1788. Так возникло первое поселение, которое назвали Сиднеем. Поселение состояло сплошь из преступников, а 26 января сейчас – почему-то великий национальный праздник, гораздо более важный, чем день отделения от Британии и образования Австралийской Федерации. Королева Англии, при этом, почему-то является и королевой Австралии. Может, просто красивая традиция? Австралийцам эта традиция не нравится , и они собираются голосовать против. Кстати, явка на выборы в Австралии является обязательной, не явившихся штрафуют на 130 долларов. Но, я думаю, к таким мерам приходится прибегать редко. Австралийцы, как и американцы, очень законопослушные. Они даже, как мне кажется, слишком активно показывают свое желание соблюдать законы и правила. Как будто демонстрируют, что больше не имеют ничего общего с теми преступниками и каторжниками, потомками которых являются. Процветает толерантность. Недавно в Мельбурне, например, узаконили однополые браки. Очень лояльно относятся ко всем мигрантам. И с особым почетом – к коренному населению Австралии, аборигенам. Представителей коренного населения  осталось очень мало, но, тем не менее, есть даже специальный канал на ТВ – «аборигенский», как сказал нам мельбурнский знакомый Хью. С аборигенами в Австралии и Новой Зеландии – европейцы поступили очень плохо. Режиссер Джеймс Камерун это очень ярко отразил в своем «Аватаре». При необходимости у них просто отнимали земли, а сопротивление жестоко подавляли. В итоге – в Новой Зеландии, например,  коренного народа - маори  почти не осталось. Тогда правила немного смягчили, и земли стали у них покупать. Но тем не менее, маори все равно становилось все меньше и меньше. Они стали болеть из-за того, что ели «неправильную» европейскую пищу, а в наше время многие представители местного населения – мы их видели, они небольшого роста , темнокожие – страдают от ожирения. И тогда она пожилая женщина маори – ей было восемьдесят лет  - поднялась со своего насиженного места и пошла в столицу. По дороге к ней присоединились другие маори. Перед домом правительства они остановились, их не стали разгонять, а наоборот  пригласили войти . И с тех пор было принят закон о сохранении культуры и поддержки коренного населения разными способами. Вот такая история о том, как один человек может изменить судьбу целого народа! Аборигены, кстати, не ели Кука. Наоборот , из-за белого цвета кожи и высокого роста они приняли его за Бога. Кук был убит в перестрелке, возникшей из-за какого конфликта с местными, а потом аборигены собрали кости своего Божества и захоронили. Так – из-за костей- возникла легенда о том как «сьели Кука». Это нам экскурсовод рассказал, может быть, тоже придумал. Разве теперь проверишь как было на самом деле? Дом, в котором Кук жил в Англии – теперь достопримечательность Мельбурна. Дом этот - в разобранном виде, в 243 контейнерах - привези из Англии в Австралию и поставили в самом центре, в красивом саду. Маленький такой домик, вход в него стоит всего пять долларов.

 

День двенадцатый.

Как прекрасно, что я – не вегетарианец!

Это будет хвала еде. Ода австралийской говядине.

Я сьела вчера настоящий «филе миньон» из настоящей австралийской коровы в настоящем австралийском ресторане!

 Миньон этот был весом в десять унций, как было сказано. Я никогда не считала в унциях, так что исключительно опытным путем выяснилось, что обьем мяса – в самый раз. И вот я его стала есть. И были абсолютно посрамлены все прежние мои гастрономическое восторги ! Ни в Испании, ни Америке, ни во Франции даже я не ела ничего подобного. Гуд бай , товарищ Музе из «Манхеттена» и Ляпа из Арагосты, ни одному из вас никогда не удастся приготовить ничего подобного. Никогда. Потому, что это пища австралийских Богов. Ее не может изготовить простой смертный. Это чудо, волшебство, сказка! Это – такой толстенький кусочек абсолютно мягкого и нежного мяса. Крепко зажаренный снаружи и розоватый внутри. Когда режешь его, то капли сока стекают в тарелку, где лежит хвост лобстера. Ты подцепляешь кусочек говядины и отправляешь в рот. Потом туда же – кусочек лобстера. Почему они подают их вместе? Не знаю. Но это очень вкусно. Очень! А рядом на тарелочке лежит спаржа, такая тверденькая и правильно приготовленная.

Первый раз в жизни я ела такое мясо. Да, и лобстера, признаюсь, есть приходится не часто. Не водятся лобстеры в местах моего проживания. Увы…. Для того, чтобы сьесть это мясо и этого лобстера   стоило поехать на другой конец земли. Стоило ! Храни господь эту святую землю! Австралийскую корову и всех причастных к изготовлению сего продукта.

 

День четырнадцатый.

Тасмания. Музей MONA – сбывшаяся мечта.

С острова Тасмания – нашей последней точки в Австралии – мы теперь плывем в Новую Зеландию. Три дня в море – как это будет?

   Но я – про другое.

В Тасмании , кроме кенгуру и коал, было еще одно сильное впечатление. Я бы даже сказала – сильнейшее. Это - музей современного искусства в городе Хоббарте. Правильно он называется MONA – музей старого и нового искусства. Oн - поразительный, ни на какой в мире больше не похожий. Я бы даже сказала, что это анти-музей, потому, что здесь нет ничего, что напоминало бы  традиционную или даже нетрадиционную выставку. В нем уникально все, начиная с истории его появления. Она такова.  Австралийский математик David Walsh был азартным игроком . И гением. Поэтому он  высчитал систему , по которой можно обыграть казино. И выиграл кучу денег. Часть из них – восемьдесят миллионов долларов – он вложил в строительство музея. Так, в 2011 году на берегу реки Дервент в Хоббарте на острове Тасмания появилось уникальное авангардное место – не только музей, но и отель, парк, рестораны, кафе, эстрадная площадка. Все это принадлежит Дэвиду. Все – абсолютно оригинальное. Например, столы на веранде ресторана представляют собой клумбу с травой. Тарелки и бокалы ставят прямо на траву – в специальных держалках, ножки которых втыкают в клумбу. Особый шарм – совершенно свободная и непринужденная атмосфера. Ощущение , что здесь можно все – где угодно ходить и  все, что хочешь делать. Лежать на траве, прыгать на батуте, заходить во все закоулки, трогать все руками. То, что трогать-таки можно не все, быстро выясняется. Бесшумно появившийся служитель говорит об этом. Он при этом , правда, лучезарно улыбается и готов сопроводить вас куда угодно, все растолковать и помочь. Поразительная вежливость и радушие! Например, там есть одна комната, где лежит мумия. Эту мумию сканируют, показывая , что у нее внутри. Это сканирование в темной комнате, часть которой заполнена водой, занимает несколько минут. Нужно туда войти, не грохнуться в воду, по камешкам добраться до саркофага, а потом смотреть сканирование. Для этого процесса в комнату могут войти одновременно только два человека. Поэтому образуется очередь, у каждой пары – свое время. Нам нужно было ждать сорок минут. Ждать мы не могли потому, что наш корабль уплыл бы без нас. Служитель, просто пропустил нас без очереди. Представляете! Сказал : ничего страшного, вы ведь не можете этого не  увидеть!

   Дэвиду Волшу всего 53 года, теперь в справочниках он фигурирует как австралийский магнат. Живет магнат тут же в музей, в апартаментах под  крышей.  И музей – живет! . В день, когда мы приехали сюда, намечалась чья-то свадьба и был зарезервирован огромный холл внизу. Стол – человек на триста!

     Попасть в музей можно на специальном катамаране, уже сам внешний вид которого готовит к встречи с чем-то необычным. MONA эффектно появляется на горе. Но это только купол. Сам музей –  подземная пирамида, вырубленная в скале,  Она представляет собой гигантский бункер с огромным количеством комнат и лабиринтов. Часть из них погружена в абсолютную темноту, где изредка вспыхивает приглушенный свет. Все музейные экспонаты и их трансформации предназначены удивлять, поражать и шокировать. А общая идея собрания – показать, какие разные и не всегда прекрасные могут быть Музы у художников. Поэтому очень много эротики в разных видах .Например, скульптурная стена с женскими вагинами ( 77 штук)  или  половой акт, который осуществляют два скелета. 

      Трудно себе представить  что-то более отвратительное , чем комната, где на гигантских моделях показан пищеварительный тракт. С соответствующим концом, да еще и запахом. Почему-то именно в этот момент я вспомнила нашего несчастного Глеба Павленского. Его прибитые к Красной площади яйца – детский лепет по сравнения с буйной фантазией современных художников, чьи творения cобраны в MONA . Но не все они эротичны или уродливы. Есть просто очень оригинальные. Например, программируемый водопад, который берет случайные слова с новостных сайтов и переводит их в струи воды. Не знаю, как это сделано. Наверное, технически просто. Тут самое сложное – сама идея. И  ее метфафора – современный человек вынужден справляться с потоками информации, которые на него обрушиваются каждый день. Кстати, нынешняя экспозиция носит название «Монанизм» - выставка всего. Чисто теоретически можно выбрать безопасный маршрут, чтобы избежать неаппетитных или провокационных работ. Но , мне кажется, никто этим не пользуется. Все бредут в полумраке, не зная, что ждет за поворотом. Одна инсталляция заманивает в мягкое кресло, а затем – предлагает совершить… эвтаназию. Нажимаешь «yes» , поршень шприца автоматически приводится в движение, и робот начинает отсчитывать секунды жизнь. Ну, и многое другое. Просто невозможно описать и перечислить все. Мы там пробыли два часа.

    Вот такой удивительный музей. Я вообще не поклонник современного искусства и мало, что в нем понимаю. Но , абсолютно, убеждена в одном – если искусство последний десятилетий выходит за рамки привычных форм, то и демонстрировать его надо как-то иначе. Не так, как картины или скульптуры. Многие музеи так и делают, но не у всех хорошо получается. Так что , MONA – идеальный образец идеального музея современного искусства. На мой взгляд.

   Еще одно. Одна моя пожилая и мудрая подруга делит все в жизни на то , что «обязательно» и «не обязательно». Где вы опять были, в Мексике?- спрашивает она меня строго. Ну, это совсем не обязательно.

    Так вот , MONA – может быть совсем не обязательно, но очень, очень интересно. Это такой невероятный шок , такая эмоциональная встряска, такое удивление  - что жизнь вокруг начинает играть новыми красками. Оказывается, в  мире есть столько всего, о чем мы даже не догадываемся! И это можно увидеть, Главное – туда добраться…

 

День пятнадцатый.

В море. Мысли о прошлом.

Навеяло.

В 1985 году, поссорившись со своим первым мужем, замечательным , как я сейчас понимаю, Женькой Усовым, я сидела в ленинградском Доме журналиста с университетской моей лучшей подругой Ирой Васильевой и глотала слезы . Ира, по-моему, тоже глотала, что-то там не ладилось у нее с личной жизнью. Или не ладилось в другом году? Не помню уже. Но помню, что мы пришли в Домжур , чтобы пострадать. Это было круто - Дом журналиста! Ведь мы еще были студентки, и приходить сюда не имели права. Пропуск , как сейчас помню, мне организовал пожилой поклонник из «Ленинградской правды», заметивший меня в коридорах Лениздата, где я проходила практику. Поклоннику было лет сорок, он мне казался глубоким стариком. Пропуск в Домжур он мне сделал в расчете на мою будущую благосклонность, но прогадал. Я никогда не изменяла своим мужьям. То есть, если изменяла - сразу от них уходила. А к нему я уходить не собиралась.

Чего мы страдали? Жизнь была так прекрасна! Она была прекрасной вопреки всему. Тому, что очень хотелось есть и нечего было одеть. Мои родители умерли, стипендии хватало только на « самое необходимое» - такси утром, потому что проспали и опаздываем на «пару» - дешевый алкоголь и картошку. Картошку мы изготавливали в разных видах. Женька резал так меленько-меленько и посыпал тушенкой. Прямо завтрак туриста какой-то. Помню, что было очень вкусно. И сытно. Что важно. У меня никогда в юности не было зимних сапог - на них просто не хватало денег, зимой и летом я ходила в кедах. Мы с Иркой никуда не ездили дальше Сочи, да и то один раз. До тридцати, наверное, лет я никогда не была заграницей. Потом увидела Прагу и сошла с ума. Зато мы писали песни, ходили на подпольные рок-концерты, обожали Цоя и Гребенщикова, плавали на байдарках... Я не мечтала о какой-то другой -богатой или роскошной- жизни, потому что даже не очень представляла , о чем надо мечтать. Я мечтала стать человеком, одна статья которого изменит мир. Журналистика тогда была уважаемой профессией, и вовсе не потому, что была частью идеологии, хотя и поэтому тоже. Журналисты старались быть порядочными людьми потому что от них иногда зависели чьи-то судьбы. Это как-то обязывало.

Ну, а самым большим развлечением тогда было - влюбиться. Поэтому мы были влюблены всегда и страстно. Во всяком случае - я. Когда любовь рушилась , мир мерк. Все становилось бессмысленным. Вот поэтому мы и страдали. Тогда, в Домжуре, в 85 году. Что выпивали не помню, хотя что мы могли тогда выпивать? Водку , наверное. Чем в Домжуре кормили, убей Бог, не вспомню. Но была живая музыка. В тот день кто-то исполнял « гуд бай Америка, оооо», очень хорошо пел, с чувством. А , может , была фонограмма. Не суть. Музыка усилила градус страданий. И слезы лились еще сильней , потому что песня подводила итог жизни- ничего не изменится. Ничего не будет. Не о чем мечтать.

Я почему-то вспомнила об этом сейчас. На борту тихоокеанского лайнера, направляющегося от Австралии в Новую Зеландию. Мы шли по палубе поздно ночью , и , периодически, как в фильмах Феллини, вспыхивали разные комнаты - в одной играли, в другой звучал рояль, на веранде - пили вино и ели. Мы остановились в салоне, где совершенно очаровательные ,наших лет , американцы танцевали под Rolling stone. Это были песни из молодости, их хиты. И мы тоже стали танцевать с ними. Потому , что было невозможно просто стоять и смотреть. Черный певец и музыканты на сцене творили чудеса. На столе стояла тарелка с ананасами и клубникой.

И вот я подумала. Все, что происходило в этот момент со мной на этом корабле, тогда , в 85- м году, я не могла себе даже представить. И никто из моих друзей не мог. Не могло быть клубники , дыни и ананаса , набросанных в огромный декоративный таз. Откуда в 85-ом году могла взяться клубника? Rolling stone не мог звучать. Кто разрешил бы? Коньяк Хенесси? Ну, не знаю. Не могло быть танцующих вокруг нас американцев. Круиза из Австралии - для нас . Тихого океана - для нас. И тем не менее это теперь есть. Стала ли моя жизнь этого от этого лучше? Как посмотреть. Не уверена, что нужно мерить жизнь такими категориями. Просто этого не было, а вдруг стало. Поэтому что? Поэтому никогда не стоит переставать думать, что когда-нибудь все будет по-другому! И еще неизвестно – как

 

День шестнадцатый.

Ну, привет, Новая Зеландия!

Я таки знала, что это произойдет. И оно случилось! На землю Новой Зеландии я ступила с температурой 38,5 и раскалывающейся головой. Еще почему-то опухло пол лица. Моя подруга ,Катя Табашникова предположила в смске, что я заболела от слишком большого количества впечатлений. Может быть. Впечатлений , в самом деле, - выше крыши.

Кстати, сама Катя сейчас в Ижевске, где наша детская « Школа игрового театра» сыграла премьеру спектакля «Чокнутый» по мотивам «Чайки по имени Джонатан Ливингстон» Ричарда Баха. Поставила спектакль с юными актерами моя дорогая, незаменимая и супер талантливая Аня Смирнова. Поздравляю всех! А тебе, Катюша, спасибо за спасение отравившейся Агаты, бессонные ночи, ремонт и реставрацию костюмов на походной швейной машинке и поездку с детьми к Бурановским бабушкам! Без твоей протекции мы бы с ними никогда не познакомились!

Итак, я ступила с парохода в город Dunedin с болезнью, поразившей меня так внезапно, и воспринимала все как бы через пелену. Это тоже оказалось не плохо, я чувствовала себя первопроходцем, пораженным загадочной болезнью, страдающим, изнемогающим , но идущим вперед. Dunedin - ворота в Новую Зеландию, а следующий город, где мы причалили Akaroa - ворота в Антарктику. Отсюда до Южного полюса уже лета на моторном самолете -всего семь часов. Большие самолеты летают в Антарктику из Веллингтона, а отсюда -только маленькие. А раньше это была точка, откуда отправлялись все экспедиции на Южный полюс. Еще одна потрясшая меня новость - в Новой Зеландии никогда не было млекопитающих, только рептилии, птицы и другие двуногие. Всех коров, собак и прочих двуногих сюда завезли. Двуногие же и завезли.

Наш корабль поплыл дальше в Picton , а я сейчас приму панадол, посплю немножко и еще что-нибудь напишу.

 

День шестнадцатый.

Новые мысли о смысле.

Я , наконец, поняла, что такое, когда дело, которое ты долго создаешь - встает на ноги. Это происходит так : руководитель находится на другом конце полушария, а театральная премьера, которую мы готовили - выходит! Спектакль « Чокнутый» по мотивам повести Ричарда Баха « Чайка по имени Джонатан Ливингстон» был впервые сыгран в Ижевске, куда нашу детскую « Школу игрового театра» пригласили на фестиваль. Пригласили в качестве почётных гостей и предложили именно там сыграть премьеру, которую мы хотели выпустить чуть позже и в Москве. Инициатива принадлежала российскому фонду культуры и Фонду Сергея Михалкова, которые проводили там мероприятия. Мы давно дружим с фондом и с радостью согласились. Было только одно НО . И оно было у меня. В эти сроки я уезжала в Новую Зеландию. Поездка давно планировалась, и ничего изменить уже было нельзя. Мы решили, что все равно будем репетировать и играть. То, что на репетициях я не нужна - это понятно. Но я волновалась за саму поездку. Волновалась зря. Без меня прекрасно обошлись! И я этому несказанно рада. Значит, на команду, которая создавалась несколько лет, можно положиться!

Дорогая, любимая и невероятная Анна Смирнова , ты превзошла себя! Я сейчас имею в виду даже не качество постановки, а количество обязанностей, которые тебе пришлась взвалить на плечи. Профессий, каждая из которых требует таланта и специальных навыков. Да еще очень короткие сроки. Аня, какая же ты молодец! Спасибо Володе Беляйкину за пластическое и хореографическое решение! Кате Табашниковой - за то, что решилась стать администратором. Просто из хорошего отношения. Ладе Мацук - нашему директору- за организацию поездки и решение кучи хозяйственных вопросов. Еще я хочу поблагодарить одну женщину - маму нашего ученика - за абсолютно бескорыстную финансовую поддержку этого театрального проекта. Особенно было приятно, что помощь она предложила сама , безо всякой просьбы с нашей стороны. И попросила не называть ее имени. Все же я надеюсь, что она разрешит указать ее имя в афише, когда мы будем играть спектакль в Москве.

Я не хочу говорить про спектакль. Про его качество или еще что-то. Во-первых, какой смысл оценивать детский самодеятельный спектакль? Он получился таким, как получился. Для меня, честно говоря, совершенно неважно насколько он совершенен. Самое важное - процесс, в который с головой погружены ребята. Процесс создания спектакля, поездка на поезде,жизнь в гостинице, общение с друзьями... Они получают удовольствие от всего этого. И это самое главное. И ради этого все и делается. Конечно, режиссер-постановщике, со мной не согласится, но на то она - и профессионал.

И, конечно, спасибо вам, дорогие дети - наши юные актеры! Я знаю, что вы очень старались и очень устали. И все вы - гениальные!

 

День семнадцатый.

И я убеждаюсь, что Райхельгауз был прав.

Иосиф Леонидович Райхельгауз сказал мне однажды, что не видел в своей жизни места красивее, чем Новая Зеландия. Моему художественному руководителю можно было доверять в этом вопросе - он обьехал почти весь мир в обществе своего друга и «напарника» по вождению автомобиля в труднодоступных местах Анатолия Чубайса . И компании других не вполне нормальным, по моему понятию , людей - любителей рискнуть , перевернуться на джипе, сломать руку или ногу. С ревом мотора подняться по вертикальной горе или безмолвно сорваться в пропасть. А потом вытереть со лба пот пополам с мазутом. Прекрасно! Ну, увлечение такое у людей - гонки по бездорожью. Каждому свое. Раихельгауз даже книжку написал с таким названием.

Но это я отвлеклась. Я хотела рассказать, что несмотря на опыт Райхельгауза, я все равно решила , что Иосиф Леонидович слегка «загибает». Ну,  насчет самого красивого места. Ну, чем Новая Зеландия краше Аргентины или Чили? Я решила, что мой худрук как обычно немножко преувеличивает. Художественно «набивает цену» происшедшему с ним событию. Простите меня, Иосиф Леонидович, что я усомнилась в ваших словах! Я была тысячу раз неправа! Теперь, когда мы третий день путешествуем по Новой Зеландии разным транспортом - от корабля до автомобиля, от лодки до повозки- я могу сказать тоже самое. Эти два острова в Тихом океане , расположенные так далеко от Европы и так близко к Антарктике -в самом деле, нечто невероятное! Не похожее ни на что. Такое впечатление, что все самое красивое, созданное природой, соединилось здесь. Горы, холмы, равнины , впадины, кратеры вулканов. Степи с колючей и желтой травой. Здесь стадо коров пасется на скалах, а рядом сидят чайки. Здесь есть пальмы, эвкалипты, виноградники. Но есть и сосны, ели, пихты. Такое ощущение, что все перемешано. И все насыщено цветом- зеленым, сиреневым, голубым! А запахи? Эвкалипт а сочетании с розой - что-то потрясающее! А еще пахнет чем-то пряным и сладким. И все время небо - голубое, голубое, голубое. И солнце до девяти вечера. А потом красочный закат. Живем как под лампой дневного света уже много дней. Кажется, что солнце вообще не заходит. Корабль плывет, а оно крадется за ним , оставаясь на одной и той же высоте….

Вот такие у меня общие впечатления. А есть еще впечатления в каждом городе. Вот вчера мы были в Крайсчерч, который семь лет назад был буквально стерт с лица земли. Погибло очень много людей. Разрушены были соборы и школы. Телестудия, где в этот момент работали сотни сотрудников, буквально сложилась как карточный домик. Как странно - мы об этом ничего не слышали и не знаем. Так далеко от нас эта страна, как другая планета.! Сейчас Крайсчерч построили заново. И в нем нет ни одного высокого здания. Вообще, что касается городов, то Новая Зеландия - горизонтальная, а не вертикальная. Одноэтажные дома стоят на мощных фундаментах. Возможно, это когда-то спасет кому-то жизнь. Хотя в природе все так непредсказуемо. Вот и сама Новая Зеландия возникла из воды. Всего каких то семь миллионов лет назад . Пласты в земле сдвинулись , и на поверхности океана появилось два острова. Так, эти пласты могут и в обратную сторону сдвинуться в любой момент. Но - не будем о грустном!

 

День восемнадцатый.

На ферме: стрижка баранов.

Вот я теперь зато знаю, где хочу встретить старость! Я хочу ее встретить на ферме у Хью. Ну, типа такой, потому что конкретно эта уже занята - Хью и его семейством. А также его собаками и его овцами. Овец Хью разводит, у него их 3,5 тысячи . Всех зовут Барбарами. Одну собаку зовут Том, а как другую - забыла. Еще есть недавно родившийся барашек. Он живет в отдельном загоне, потому что глупые «барбары» его затопчут. Овцы, в самом деле, очень глупые, хоть и симпатичные. В загон  с пастбища их собирает собака Том, а они  несутся как оглашенные , наскакивая друг на друга, как будто все это не происходило с ними уже тысячу раз.

  У Хью маленький одноэтажный домик. В той Новой Зеландии, я уже писала, все дома низкие, потому что здесь боятся землетрясений. Еще у Хью миловидная жена, которая угощала нас чаем и прелестный дворик перед окном. Во дворе и  вообше на всем участке - немыслимое количество цветов. Розы всех оттенков, лилии, какие-то еще голубые и оранжевые цветочки на кустах. И все они пахнут чем-то пряным и сладким Запах смешивается со знойным воздухом и запахом эвкалипта . И получается обалдеть как вкусно! Еще у Хью есть спуск к водопаду с небольшим затоном. Здесь можно даже искупаться. И все это такое крошечное, компактное, милое , уютное., одному тебе принадлежащее! Такая квинтэссенция счастья. Ну, если ,конечно ,за счастья понимать спокойствие и безмятежность.

Я, кстати, всегда считала супер спокойными людьми - финнов и черногорцев. Последние, вообще - воины на отдыхе. Мне кажется, если рядом с черногорцем, пьющим кофе, упадет забор, то он - черногорец - даже не почешется. Так вот этот черногорец по сравнению с новозеландским фермером - очень активный, нервный и энергичный человек. В стране, которая так не похожа на все другие , и люди - другие. Спокойные и уравновешенные. Расслабленные. Интересно, они знают , что были Первая и Вторая мировые войны, 11 сентября в Нью-Йорке? Про войны, думаю, слышали, а вот Путин и Трамп их мало волнуют. Новая Зеландия – это другая планета.

 

День девятнадцатый.

Перелом.

Каждое утро у меня на айфоне возникает сообщение Росгидромета о том , что в Москве гололедица и снежные заносы. Сегодня первый день, когда я пожалела, что меня нет там - на льду с заносами. Потому что, в конце концов, всегда хочется домой. Даже из теплого новозеландского круиза. Это был первый и замечательный опыт. Не уверена, что смогла бы так путешествовать часто, но пару раз в жизни - можно. Тем более - в хорошей компании . Ну, и с мужем мне в этом смысле тоже сильно повезло. Ну, то есть у него, конечно, есть недостатки: он совершенно не занимается спортом, все время пьет хорошее вино и ест на ночь сыр. И меня вовлекает . Я , надо сказать, вовлекаюсь. Но в спортзал все равно хожу. Одна.

Однако у мужа моего есть великое достоинство - он любит и умеет путешествовать. И организовывать путешествия. Кстати, и путешествие по жизни - тоже. Он также не только говорит на нескольких языках, но еще с удовольствием берет на себя все организационные заботы. От меня зависит только следовать его указаниям и сообщать о своих желаниях. А можно, кстати, не сообщать, он и так - лучше знает. Например, я терпеть не могу читать меню и выбирать еду. А он безошибочно заказывает самое вкусное. Мне только остается сказать официанту « same”, что означает, как вы поняли -  мне - тоже самое. Это называется - свезло, так свезло!

Прошло почти две недели пути. Писать дневник становится лень. И в «фэйсбук», и вообще….В первые дни было столько эмоций и потрясений, что немедленно хотелось со всеми поделиться. А теперь, видимо, в голове закончились ячейки для хранения новых впечатлений. Мозг их не успевает перерабатывать. Поэтому больше уже не хочется ни только писать, но и нестись куда-то и смотреть все, что удастся успеть посмотреть. Вообще ничего не хочется. Не пить, не есть, не ехать, не охать , не ахать. ... В Веллингтоне я добровольно не пошла в зоопарк! Это немыслимо, ибо я во всех городах хожу в зоопарки. А тут вот до чего дело дошло!

Потом мы приплыли в Picton, затем - в Napier. И в Пиктоне, и в Напиере все рассказы местных кружатся вокруг землятресений. Если ты попал в лапы экскурсовода, то тебе часа полтора обязательно будут рассказывать каким был город до землетрясения, и каким стал после. Я понимаю, что для новозеландцев - это огромная проблема и ужас ужасный, но все же хотелось бы узнать что-нибудь еще. Вот сегодня мы провели день в городе Напиере. Город был полностью разрушен землетрясением 1931 гола, погибло почти триста человек. Не знаю, что заставило нашего экскурсовода так подробно и красочно рассказывать о гибели людей, но я почти увидела это своими глазами. Как раскачивалась строительная вышка с  людьми на лесах. Она раскачивалась 2,5 минуты. Потом замерла ненадолго , и люди спаслись. А одну женщину так и не смогли вытащить из-пол обломков дома, торчала только рука, и врач сделал ей укол в эту руку. После чего женщина уснула и не проснулась больше. Это была эвтаназия. После этого кошмара половина населения города снялась с насиженных мест . Настрадавшись, люди поехали искать более спокойные для жизни города. А вторая половина на месте выгоревшей дотла пустыни выстроила новый город. Всего за семь лет. Напиер весь состоит из зданий в стиле ар деко, потому что именно это архитектурное направление было тогда в моде. Город « ар деко» поэтому выглядит как декорация к фильму о 30-х годах. Каждое здание - произведение искусства, даже в магазинах продаются шляпы, перья, одежда, украшения , посуда того времени. Как будто я попала в прошлое.

Еще именно в Напиере мы почувствовали, что таки находимся на самом юге. Даже бедные местные собаки забились в тенистые места. Над океаном прямо звенел зной . А вот странно - бабочки. Они , наверное, не чувствуют жары? Такие большие бабочки медленно летали над цветами по побережью.

Сказочно красивый, невероятно дружелюбный город, в который очень хочется вернуться

А потом мы выплыли из порта на нашей махине. Нас сопровождал маленький кораблик. Он прямо какое-то цирковое представление устроил на воде. Как будто щеголял перед нами. Я еще подумала - ничего себе проводник, лихач какой-то! Мы сидели в ресторане на девятом этаже и рассуждали об этом, а проходящий мимо моряк с нашего корабля внес ясность. Оказывается, что в маленьком «пилоте», сопровождающим нас, в качестве пассажира за своим лайнером следует наш капитан. По морским законам большой пароход из порта должен вывести местный штурман и только потом отдать штурвал капитану.

 

День двадцатый.

Здесь снимался «Властелин колец»

Всем фанатам «Хоббита» посвящается эта глава, потому что именно в Новой Зеландии снимались все фильмы, где действуют смешные и маленькие герои, так полюбивщиеся всему миру. Наш корабль был полон фанатами хоббитов. И когда мы прибыли в Роторуа, пароход опустел в считанные секунды. Экскурсии в «хоббитон» были распроданы еще до начала круиза .  Все поехали в деревню Матамата. Здесь снимались оба фильма, первым - «Властелин колец», получивший 18 Оскаров. Режиссер увидел ферму братьев Александер с вертолета - это был четырнадцатый обьект для сьемки из уже отобранных. И - стопроцентное попадание! И дерево, и озеро, и холмики... Братьев-фермеров пришлось поуговаривать, они не сильно были рады тому, что на пастбищах их овечек будет размещена съёмочная площадка. Они бы еще больше сопротивлялись, если бы только могли представить себе, какое грандиозное строительство здесь развернется вскоре! Питер Джексон стремился к абсолютной точности. Например, в книге перед входом в деревню хоббитов росли сливовые деревья, а в реальной - яблоневые. Поэтому с яблонь сорвали все листья, и прикрепили искусственные листья сливы. То же самое сделала со знаменитым дубом из книги. В реальности это была сосна. Ее превратили в дуб, приклеив 200 000 дубовых листьев. Сосновый ствол заменили на дубовый. Для этого нашли в близлежащем лесу подходящий дуб, распилили на четыре части и привезли в строящуюся деревню хоббитов. Ствол склеили, ну, а на ветки приделали листочки. Питеру Джексону пришлось пойти и на другие ухищрения. Например, снимать восход вместо заката, а потом на монтаже развернуть все в другую сторону. Но выхода не было - домики стояли окнами на восток, а для картинки требовался именно закат. Еще каждое утро из пруда вылавливали лягушек и перевозили в специальные резервуары, чтобы они своим кваканьем не создавали посторонний шум.

Строительство деревни и съёмки происходили при полной конфиденциальности. Братья- фермеры и их соседи подписали бумагу о неразглашение того, что они здесь увидят и услышат. Эти соглашения были соблюдены, фильм вышел и – стал бомбой! Молодой новозеландский режиссер превратился в звезду и миллионера. А сам фильм и последующий за ним принесли Новой Зеландии немыслимый доход и популярность. В основном, от ринувшихся сюда фанатов и туристов, желающих запечатлеть любую кочку и холм, которые хотя бы на секунду мелькнули в фильме. Деревушка Матамата, где живут то всего два с половиной человека, стала известной на весь мир. Все тридцать семь домиков хоббитов сохранили и бережно за ними ухаживают. По сути, это « диснейленд», но туристы по-прежнему едут сюда толпами. Прямо не протолкнуться в этой деревни хоббитов! Братья Александер , думаю, тоже не в накладе.

А книжку-то Толкиен стал писать только потому, что хотел развлечь своего маленького сына. А вот что из этого вышло!

 

День двадцать первый.

Ворота ада.

Еще Роторуа известен своими гейзерами, кипящими водоемами и вулканами. Это самое сейсмически опасный район во всей Новой Зеландии. Если окажетесь здесь, обязательно побывайте в месте, которое Бернард Шоу назвал «Ворота Ада». Это именно так. Кислота кипит в резервуарах, из земли извергается пар и дым, бьют гейзеры и пахнет сероводородом. Еще где-то здесь поблизости есть пещера со светящимися червяками. Они превращают своды в звездное небо. Туристы плывут по пещере в лодке и поражаются красоте. Красоте, которую создалии , в сущности, неприятные и холодные создания. Мы там не успели побывать, но все сильно советовали.

 

И еще мысли напоследок.

Еще кое-что по поводу круиза на американском лайнере. Я поражена отношением здесь к инвалидам. Среди пассажиров - людей, в основном , и так не очень молодых - много тех, кто на колясках. И здесь позаботились не только о том, чтобы им было удобно. Все устроено так, чтобы инвалиды чувствовали себя ровно также комфортно , как все остальные. Огромное количество служб, помещений, приспособлений, сотрудников работают на это. Я и раньше замечала, что американцы совершенно по-особому относятся к тем своим согражданам, у которых есть какой-то ущерб. В стране делается все, чтобы эти граждане не ощущали себя людьми второго сорта. Чтобы их жизнь не отличалась от жизни тех, кому повезло со здоровьем чуть больше. На корабле забота об инвалидах доведена до совершенства. У них нет дополнительных трудностей. Они улыбаются, участвуют во всех развлечениях и экскурсиях. От этого не создается впечатления, что эти люди какие-то особенные . Мы все - одинаковые. Через пару дней коляски просто перестаешь замечать...

 

ЭПИЛОГ.

Мы решили , что когда-нибудь прилетим в Новую Зеландию снова. Возьмем машину и проедем по островам еще раз. Без спешки.