Облом Обломова

Своеобразного "Обломова" дают нынче в ЦДР.

Режиссер Вячеслав Игнатов, в биографии которого изначально значится «актер театра кукол», поставил знаменитую пьесу Михаила Угарова так, что людей там, практически, не осталось. На сцене действуют механические игрушки, точнее, невиданные заводные насекомые. Так выглядит главный герой спектакля Илья Ильич (Александр Занин), окутанный в сложный кокон (пусть его сначала считают халатом, а потом фраком, он все равно остается коконом). Из кокона должна  вылупляться бабочка или хотя бы что-то новенькое, но так  ничего и не случилось. Доктор Аркадий (Данила Россомахин) – тоже насекомое на быстрых роликах-ножках. Он немедленно ставит диагноз обломовщине, но никакой роли это ни для кого не играет.

Первая сцена спектакля – встреча Обломова с доктором поначалу увлекает неожиданным видом персонажей. Конечно, Илью Ильича можно отнести к медитирующим шивам и буддам, а также вспомнить про  лежащего тридцать три года на печи русского богатыря Илью Муромца, но зачем? Обломов – личность самодостаточная, любящая, добрая, прямодушная, зачем его куда-то относить? Не надо трогать Илью Ильича. Никаких новых смыслов это не дало, а наоборот, запутало и увело в заколдованное царство компьютерных игр, из которых редкому ребенку удается выбраться самостоятельно.  Кстати, о детях. Возможно, спектакль адресован семиклассникам?

Увы, возрастной ценз 16 +

Полагаю, шестнадцатилетним людям в театре уже недостаточно одного визуального ряда, ну очень на это надеюсь.

Действительно, сценография и костюмы художниц Бекрицких столь фантазийны и витиеваты, что зрители не столько слушают, сколько всматриваются, пытаясь разгадать режиссерскую задумку. Ко второму действию даже у тех немногих, кто не заснул, мысли атрофировались и спаялись в одну: когда это кончится?

Не помогли ни музыка, ни свет (Иван Виноградов), ни вид других персонажей, чего стоит слуга Обломова – пожилой Захар (Юрий Оборотов), смахивающий не то на черепаху, не то на таракана, не то на божью коровку.

Или Штольц (Алексей Лысенко), больше похожий на воинственного космического тевтонца, чем на обычного обрусевшего немца, друга детства Ильи Ильича.

Писать про спектакль, собственно, больше нечего, артисты очень старались высказаться, хотя могли просто молчать в своих говорящих-кричащих костюмах. Особенно это коснулось несчастной Агафьи Матвеевны (Светлана Кочеткова), волею авторов постановки превращенной в какого-то паучьего монстра с двумя монстрятами, запутывающего в сети паутины несчастного Обломова.

«Вселенную грез» каждый должен создавать свою, для этого совсем необязательно терзать давно написанный хороший текст Гончарова – Угарова.

фото с официального сайта театра