Зрители падали в обморок

Театр всегда привлекал публику не только самим представлением, но и закулисьем. Кому не хотелось, насмотревшись разных сцен, заглянуть за кулисы, туда, где все это готовится, где варятся личные отношения, придающие особый вкус игре на публику.

Режиссер Евгений Писарев «приготовил» сочный спектакль об английской звезде постшекспировских времен Эдварде Кинастоне. Его богатая биография - высочайший взлет и незаслуженный провал, жизнь полная эмоций и приключений, такая роль по плечу действительно лишь хорошему артисту. Про Максима Матвеева все режиссеры и партнеры по сцене отзываются с восхищением, упоминая его прекрасные качества и таланты, сопровождаемые удивительным трудолюбием и скромностью. По заданию режиссера для создания правдоподобного образа артиста Кинастона, всю жизнь исполнявшего только женские роли, надо было похудеть. Максим отнесся к этому так серьезно, а результат был столь эффективен, что теперь артиста рвут на части женские журналы, изматывающие своих подписчиц бесполезными советами о том, как похудеть.

Но дело не только во внешних изменениях. Надо было пропустить через себя весь жизненный путь  рядового «мальчишки-исполнителя», добившегося положения ведущего артиста королевского театра, кумира толпы. И это при  вечной зависимости актерской профессии. Тут мало природной фактуры, требуются ум, талант и трудолюбие. Пьеса Джеффри Хатчера знакомит нас с Кинастоном в момент пика карьеры, когда «зрители», присутствующие на спектакле «Отелло», падают в обморок от накала страстей в тот самый роковой момент, когда Отелло (Томас Беттертон) душит Дездемону (Эдвард Кинастон). Коллега и старший товарищ Кинастона Томас Беттертон (Михаил Хомяков) – хороший профессионал.

Он выходит из образа сразу же после того, как заканчиваются аплодисменты, и в гримерке он становится  обычным человеком, занятым совершенно иными мыслями, тогда как Кинастон не выходит из образа, мучаясь несовершенством сыгранной роли, оттачивает мельчайшие нюансы. Следить за проживанием роли артистом, представляющим другого артиста, чрезвычайно интересно: такая тройная игра – театр в театре о театре.

                   

На сцене - полумрак, иногда не позволяющий разглядеть подробности, но необходимый для воссоздания атмосферы Реставрации королевской династии Стюартов. Англия семнадцатого века темна и неуютна, вот разве что театр блистает, переживая эпоху расцвета. Художник-сценограф Зиновий Марголин обошелся без громоздких декораций, полутонами-полунамеками  погружая  зрителя в далекое прошлое. Знаменитую кровать, на которой Отелло душит верную Дездемону, сменяет пара туалетных столиков звездной гримерки, которая волшебно исчезает, уступая место прогулочной карете светских дам.

Король Англии Карл II (Виталий Егоров) – сладострастный любитель искусств и хорошеньких девушек упивается собственным величием, легко верша чужие судьбы. Судьба Кинастона оказывается зависимой от королевской фаворитки (Анастасия Тимушкова), без комплексов и рефлексий мечтающей блистать на сцене. Молодой актрисе Тимушковой удалось органично вписаться в образ легкомысленной героини, сыграть хлестко, выпукло, энергично.

Именно любовница короля вдохновляет короля на издание строгого указа о запрещении мужчинам представлять женщин. Великий артист Кинастон падает с недосягаемой для современников вершины, на которую всю жизнь карабкался с адским трудом. На свято место тут же полетели «бабочки-однодневки», толпами штурмующие театр Беттертона.

Артист, а по совместительству директор театра в исполнении Михаила Хомякова невозмутим и самоуверен, но и он всецело зависит от короля. Сцена поступления актрис в труппу – настоящий  фарс. Режиссер Евгений Писарев – мастер комедии и актерам у него всегда есть, что играть:  в его в спектаклях всегда есть тончайший зазор между человеком и персонажем.

Разнообразие действующих лиц,  увлекательный сюжет, основанный на реальных событиях, в которых есть место, как комедии, так и трагедии – залог успеха. И актеры Табакова – почти всегда гарантированный успех. В спектакле участвует и приглашенный вахтанговский артист Кирилл Рубцов, харизматичный типаж которого понадобился  постановке Писарева.

Его герцог Бэкингемский - холеный английский аристократ, цинично пользующийся своим высоким положением, прожигает жизнь, вовлекая в порочное времяпрепровождение зеленую молодежь.

Сложнейшая роль досталась Ане Чиповской. Маргарет Хьюз – первая профессиональная актриса английской сцены, Маргарет сначала довольно неуклюже пытается копировать героинь Кинастона (надо быть очень талантливой, чтобы сыграть неталантливую актрису), покоряя сердца зрителей лишь красотой, но затем действительно восходит на театральный олимп, взяв уроки актерского мастерства у самого Эдварда Кинастона.

Кинастон часами оттачивал каждую мелочь, чтобы потом на сцене изящным жестом взять, например,  в руки кружевной платок, сулящий Дездемоне гибель. Как тонко Максим Матвеев передает разнообразную гамму чувств Кинастона в разные моменты взлета и падения, восхваления и унижения, поклонения и предательства. «А где же тут искусство – мужчине играть мужчину?», - горько недоумевает Эдвард Кинастон, повинуясь королевскому указу, навеки прощаясь с платьем Дездемоны.

Трагедия талантливого гордого человека, влюбленного в свою профессию трогает современную публику, как трогает и беззаветная любовь Марии (Евгения Борзых), мечтающей выйти замуж за Кинастона, завести нормальную семью и детей. Но, увы,  нет у Марии шансов переиграть Дездемону или Офелию. Кинастон давно женат на театре.

Без театра теперь  не мыслит себя и Маргарет, вкусившая славы. Новой звезде  хватает ума, чтобы понять, что быть женщиной и изображать женщину на сцене – большая разница. Маргарет Ани Чиповской приходит к  Кинастону как к Учителю. И она готова идти до конца, отказываясь от простых человеческих радостей, сознавая, что  невозможно умирать на сцене и тут же за кулисами зажевывать высокие страсти банальным бутербродом.

Высшая точка напряжения в спектакле - мастер-класс Кинастона в качестве педагога и режиссера. На глазах происходит чудо: необученная актриса блистательно усваивает урок и так играет сцену гибели Дездемоны, что зрители снова падают в обморок, теперь уже от ее игры, от ее гибели в руках Отелло ( Кинастона), вернувшегося в театр на мужские роли.

Наблюдать за игрой, незаметно втягиваясь в действо, а затем забывать об игре и переживать за героев как за реально существующих людей, что может быть интересней…

 

Прямая речь

Режиссер Евгений Писарев

- Когда ставишь трагедию или комедию, знаешь законы этого жанра. Этот спектакль, может, был для меня чем-то новым, поэтому я так осторожно решил его сделать на чужой территории, а не у себя в театре Пушкина, понимая, что я потенциальный хит дарю не своему театру, а театру Табакова, о чем я совершенно не жалею, если все сложится удачно. В такой манере, такой тональности я никогда со зрителем, да и с артистами не разговаривал. Тут - плавающий жанр: спектакль  может начинаться как историческая костюмная драма, а потом они сбрасывают костюмы, и это уже - современный документальный театр, притом, что здесь много юмора. Знаете, с годами глаза грустнеют, и уже просто так ставить комедии становится тяжело, они будут вымучены потому, что живем мы в такое тревожное время, да и возраст у меня  подходящий для режиссерской перемены. Для меня важно, чтобы зрители следили за действием, по возможности, отслеживая второй план, и  если у нас получилось достучаться до сердец, то это просто  замечательно. Я думаю, что эта история про кризис, который у каждого из нас случается, и помимо внешних вмешательств, а уж когда есть еще и внешние вмешательства, когда ты -  абсолютно успешный, абсолютно любимый, властитель грез, в одну секунду оказываешься на дне, на помойке… как выдержать это все? И славу, и унижение, и остаться при этом человеком, и человеком достойным и заставить уважать себя и свое дело. Это серьезная тема. Как прожить художнику достойно?

Для меня главную роль тут мог сыграть только Максим Матвеев. Если б не было Матвеева, может,  не было б этого спектакля. И не только потому, что он такой замечательный и талантливый, а потому, что здесь важна была заинтересованность самого артиста. Тема сложная, персонаж сложный. Как сыграть очень талантливого, выдающегося, гениального артиста? Это сложно. Не каждый решится на это. Безусловно, в этой пьесе есть некая провокационность, просто пьеса совершенно не об этом. Нужен был артист, который в это окунется, который поймет, что это такое, кинется путешествовать в незнаемое. Мы себе придумывали, что такое был Шекспировский театр, что такое существование актеров, играющих женские роли в то время. Не теперешнее кривляние и попытки перевоплотиться, а что это было тогда, что за публика была в то время… Максим всецело отдался этому. Похудел очень сильно, даже больше, чем я просил, но мне кажется, для него это был такой важный момент перехода в иное качество, уйти просто от прекрасного во всех отношениях, очень удобного артиста. Так всерьез и откровенно я никогда еще не говорил со зрителем о театре, о жизни. В одном переводе слова Шекспира звучат не просто: «весь мир театр, а люди в нем актеры», а - «весь мир - театр, и все мы в нем актеры ПОНЕВОЛЕ». Мне кажется, это точнее. Мир – это такие предлагаемые условия жизни, что мы вынуждены играть в этом театре, при этом не сами выбираем свои роли.

Есть заслуженность успеха, а есть, когда жизнь вдруг делает из тебя героя. Маргарет становится звездой в одну секунду, тогда как Кинастон шел к этому всю жизнь, с детства постигал эту профессию. Ему необходимо, чтобы его уважали потому, что он работал всю жизнь. Приходит новое время и появляется новый персонаж – Маргарет, не видящая ничего зазорного в том, чтобы пользоваться своей красотой.

Но я вообще не вспомню таких дисциплинированных, таких подготовленных  артистов, как те, с которыми мне довелось работать в театре Табакова. И,  в первую очередь, это касается тех, кто много занят, много снимается, это - и Аня Чиповская, и Максим Матвеев. Они приходили на репетиции раньше других, текст знали лучше других, были готовы на любые пробы, на любые авантюры с моей стороны. А еще для меня всегда очень важно соединение поколений. В «Кинастоне» удалось собрать корифеев этого театра - Михаил Хомяков, Виталий Егоров, рядом с которыми играют молодые артисты, вчерашние выпускники Школы Табакова.  И то, что они находятся вместе на сцене, очень полезно им самим, и театру.

Максим Матвеев

- Конечно, эта роль – подарок в таком актерском амбициозном понимании этого слова. Речь идет о том времени, когда театр был сугубо мужским элитарным делом, когда женщина не допускалась до сцены. Театр был священнодействием.  Играть женщину сложно и интересно, это и набор определенных знаний и умений, и система, способы выражать определенные женские эмоции.  Все это было утеряно, и нам предстояло выдумать эту систему. Я опирался на работы, образы Фанни Ардан, Изабелль Юпер с их ярчайшей психофизикой в тех или иных ролях. Я много наблюдал за бурлеском, потому что в бурлеске люди наиболее выразительны. Нужно было научиться работать с платьем, пытаться прорваться через внешнюю составляющую. И тут надо понимать, что Кинастон – не женщина, он – мужчина, играющий женщину. Он – загадка, двуполое существо.  К концу спектакля он осознает свои новые возможности в профессии, жизнь подвергла его тяжелым испытаниям, но он действительно оказался талантливым актером.

Аня Чиповская

- Моя Маргарет очень постепенно приходит к тому, чтобы понять, стоит ли ей становиться актрисой, есть ли у нее действительно талант. Она – женщина, умеющая зависеть от мужчин, и ей нравиться зависеть. У нее интересные кошачьи манеры, кстати, с нами очень много занимался пластикой Альберт Альбертс. Маргарет  оказывается глубже, чем можно подумать о ней в первом действии.

 Наш спектакль стилизован под определенную эпоху, и костюмы Марии Даниловой ко многому обязывают – к определенным движениям, даже манере дышать. Все это очень помогало работе над ролью. Я восхищаюсь самоотверженностью Максима Матвеева, который поразительно вживался в образ своей Дивы.

Мне вообще очень нравится наш спектакль. Играть театр  в театре  - здорово. У нас на сцене есть свои «зрители», которых играют наши актеры, и мы работаем сначала для них, а потом для всего зала, и то, как они реагируют, как нам приходиться в реальной ситуации подстраиваться под реальных людей, это - очень круто.

 фото Ксении Бубенец и Евгения Улюлюкина

материал опубликован в журнале "Театральный мир"  № 10 за 2017 год

https://www.facebook.com/pg/%D0%A2%D0%B5%D0%B0%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D1%8B%D0%B9-%D0%BC%D0%B8%D1%80-371496016231274/photos/?tab=album&album_id=1460488040665394