Блистательная пьеса  «Тиль» Григория Горина с незабываемыми стихами Юлия Кима, Юрия Энтина и Евгения Евтушенко, положенными на замечательную музыку Геннадия Гладкова – все это театральное пиршество, наконец-то, вновь ожило на московских подмостках. Уже только за это  можно быть признательными главному режиссеру Театра на Малой Бронной Сергею Голомазову. За прошедшие со дня премьеры спектакля в «Ленкоме» несколько десятков лет выросли поколения, не видевшие и даже не слышавшие про знаменитый  спектакль.

А тем временем, острое перо сатирика Горина, отточенное в советских реалиях, пронзает не только темное прошлое средневековой Фландрии, но и смутное настоящее современной России. «Указы, возбраняющие читать и распространять» нежелательную литературу, вызывают понимающий смех зала; народное голосование за быструю казнь против медленной невиновного человека довольные сограждане считают победой, вместо того, чтобы бороться за отмену осуждения.

https://mbronnaya.ru/uploads/performance/image/image/457/crop__VladimirKudryavtsev__-_395.jpg

Любая власть желает иметь послушное молчаливое большинство, но «время такое временно, героем страна беременна», и однажды вдруг появляется бунтарь, который будоражит низы и лишает спокойствия верхи. Кто ж еще, кроме героя, может называть вещи своими именами и вступаться за справедливость?

Тиль (Леонид Тележинский) – забияка и острослов, жизнелюбец и бабник – бодрое исключение из скучных правил, хотя главный герой спектакля на Бронной не слишком силен обаянием. Да, физическая форма, ужимки и прыжки достойны аплодисментов, но песни – не его стихия, к тому же половину слов в них не разобрать из-за плохого качества звука, а весь смысл пения – в остроумных стихах.

https://mbronnaya.ru/uploads/performance/image/image/449/crop__VladimirKudryavtsev__-_415.jpg

В любовной сфере Тиль тоже не больно-то преуспел: априори он любит Неле (Дарья Бондаренко), но бедной девушке, полюбившей раз и  навсегда, приходится заранее прощать все его непутевости, а в итоге  быть сильнее героического суженого. В этой самой Фландрии женщины оказываются сильнее и мудрее мужчин. Сооткин (Марина Орел) не только рожает стране национального героя, но и воспитывает его свободным человеком, терпит его выходки и без слез отпускает в дальний путь: надо, значит, надо. С таких женщин скульпторы, обычно, лепят «Родину-мать».

https://mbronnaya.ru/uploads/performance/image/image/453/crop__VladimirKudryavtsev__-_260.jpg

Когда палач (Александр Голубков) уводит ее мужа – честного угольщика Клааса (Владимир Ершов) на казнь, верная жена лишь каменеет, точно статуя. Один из самых сложных образов – Каталина, мать Неле (Вера Бабичева). Пройдя страшные пытки инквизиции из-за клеветнических наветов Рыбника (Михаил Горевой), Каталина превращается почти в святую.

Она – действительно иная, ее лицо светится неземной любовью, а взгляд устремлен далеко-далеко. Актриса почти не двигается, но все действие, во время которого она сидит сбоку от сцены,  держит внимание публики.

Спектакль Голомазова адресован современному зрителю, а главным героем нашего времени почему-то все чаще становится подлец.

Сам Рыбник Иост (Михаил Горевой) вовсе не считает себя негодяем: это все проклятое время виновато в том, что ему приходится закладывать друзей-соседей. Этакий мальчиш-плохиш, претендующий на награду в виде трети их имущества. Низости его нет предела, она настолько безгранична, что заменяет Рыбнику весь мир, включая религию.

В спектакле есть и забавные герои. Верный дружище Тиля  Ламме (Юрий Тхагалегов) своим добродушным видом и смешной натурой  оживляет их бродячий дуэт.

https://mbronnaya.ru/uploads/performance/image/image/455/crop__VladimirKudryavtsev__-_1555.jpg

А самая комичная пара вечера – король Филипп (Дмитрий Гурьянов) и королева Мария (Алена Ибрагимова). Сцена, в которой они появляются вместе с Инквизитором (Андрей Рогожин) – одна из самых ярких и запоминающихся, комедия в чистом виде. Отпущение грехов, оно же - выдача индульгенций в виде обрывков туалетной бумаги - отличная режиссерская находка.

Второе действие, кажется, куда длиннее первого, хотя физически это не так. Подробности схематических военных действий, притон с разнообразными девицами, странные солдаты, шпионы и предатели.

Куда-то девается остроумие Тиля, он превращается в тривиального вояку. Приближение финала публика ждет с нетерпением, утомленная качеством многочисленных микрофонов и условностями трагифарса. И вот, очередное предательство Рыбника - подлые выстрелы следуют один за другим, но Тиль жив, и будет жить, пока в нем нуждаются люди, пока на Земле не наступит, наконец, мир и не придет покой.

 

фотографии с официального сайта театра

материал опубликован в журнале "Театральный мир"  - октябрь 2018

спектакль "Тиль" в Театре на Малой Бронной, режиссер Сергей Голомазов, в роли Тиля - Леонид Тележинский

 

200 лет одиночества

Именно столько времени мучается от непонимания и сознания собственной ненужности один из самых умных героев русской драмы. Обиженного обществом Чацкого нынче вывел на сцену театра на Малой Бронной режиссер Павел Сафонов. Александр Андреевич Чацкий (Дмитрий Сердюк) молод телом, но не душой. Если бы его спросили как Машу в знаменитой «Чайке»: «Отчего вы всегда ходите в черном?», он бы также, как она ответил: «Это - траур по моей жизни».

Наглухо застегнутое пальто, черная шапка, натянутая по брови, резко контрастирует с разодетым (а потом и полураздетым) по моде фамусовским обществом. Спектакль Павла Сафонова обращен, в первую очередь, к взрослой аудитории (хотя цитировать «Горе от ума» может каждый школьник) , способной оценить строгую аскетичную сценографию Мариуса Яцовскиса и авторскую коллекцию одежды от художника по костюмам Евгении Панфиловой.

В первом действии сцена напоминает большую коробку, в которую какой-то ребенок небрежно свалил кукол. Режиссер постепенно их оттуда извлекает и начинается игра. На фоне сконцентрированного на своих страданиях Чацкого живо и даже весело выглядит парад моделей знаменитых грибоедовских персонажей: супругов Горичей (Надежда Беребеня и Владимир Яворский) , князей Тугоуховских (Алена Ибрагимова и Андрей Субботин), графинь Хрюмины (Татьяна Ошуркова и Лина Веселкина), Загорецкого (Сергей Кизас), Репетилова (Олег Кузнецов).

Чацкий Дмитрия Сердюка, подобно принцу датскому, чужой на этом празднике («…что он Гекубе, что ему Гекуба?»). Его детская любовь к Софье за годы разлуки («спешил, летел, дрожал, вот счастье, думал, близко…») нынче обернулась мучением.

Правда, на что друг сердшный рассчитывал, если сам за три года ни весточки не прислал? Девушка тем временем «созрела». Решительная Софья (Полина Чернышова) способна на многое ради любви, беда только в том, что предметом своей любви она выбрала ничтожного Молчалина (Евгений Пронин), ведь «нынче любят бессловесных».

Молчалин не испытывает особых чувств ни к кому («монашеским известен поведеньем»). Ни мужик, ни баба – ходит в юбке да на каблуках, Его истинная страстная цель – карьера и положение в обществе. Циничному Молчалину, как и самодовольному Скалозубу (Александр Голубков) смешна растерянность влюбленного Чацкого. Им смешно, а хозяин дома Фамусов (Михаил Горевой) просто взбешен.

Фамусов – самая внятная и конкретная фигура этого спектакля. У Михаила Горевого он вышел столь ярким и харизматичным, что затмил всех остальных героев. У его Фамусова все в порядке, все по полочкам разложено, ему сюрпризы ни к чему, он их терпеть не может. Живет он по понятиям: со своей непутевой дочерью строг, с перспективным Скалозубом предупредителен и добродушен, с болтающимся под ногами Молчалиным суров, с Лизанькой (Екатерина Дубакина) резв и не по годам прыток (даже успевает ее в ванну затащить). А вот что ему делать с Чацким? Уж больно умный из-за границы вернулся, нахватался там всякой крамолы, а урезонить некому.

В одной из самых колоритных сцене, где Фамусов со Скалозубом душа в душу общаются в бане, и Скалозуб (Александр Голубков) дико смешон в своем расписанном под татуировку тельнике с массивной золотой цепью, они вдвоем дружно пытаются осадить зарвавшегося выскочку. Отбиваясь, бунтарь-одиночка произносит свою знаменитую отповедь: «Кому в Москве не зажимали рты (пауза – аплодисменты) обеды, ужины и танцы…», и публика живо реагирует на «мненье из газет времен Очакова и покоренья Крыма».

Сколь угодно Чацкий может восклицать: «Сюда я больше не ездок!». Даже, если доедет, дорога в приличные дома ему заказана: он «выпал из гнезда»: фамусовское общество более всего походит на осиное гнездо. Во втором действии происходят разнообразные разоблачения в прямом и переносном смысле. От жеманного и глупого до поросячьего визга общества Чацкого буквально продувает насквозь: обществу тепло и сытно, а изгою холодно и неуютно. Спятили вокруг все, а сумасшедшим объявляют Чацкого за то, что не угождал, не служил, не прислуживался, как большинство. Большинство на Руси, по-прежнему, право.

Эстетский спектакль Павла Сафонова более всего подойдет внимательным зрителям, которые, никуда не спеша, придут в Театр на Малой Бронной насладиться искусством.

фотографии Галины Фесенко

материал опубликован в журнале "Театральный мир" № 3 за 2018 год

Прогноз погоды двадцатилетней давности На Малой Бронной представили «Канкун»

Приятно зайти в холодный зимний вечер на Малую Бронную и насладиться солнечными видами популярного мексиканского курорта Канкун. Действие спектакля с географическим названием («Канкун») так чудесно разворачивается на теплой гальке (художник-постановщик Михаил Краменко, художник по свету Андрей Абрамов), что хочется сразу  расслабиться, и даже помечтать о поездке именно на этот курорт, но…

Дальнейшие события оказываются столь непредсказуемыми и такими странными, что мысли об отдыхе испаряются, зато приходят другие, например, о смысле жизни.


В остроумной пьесе Жорди Гальсерана«Канкун» режиссер Сергей Голомазов нашел столько волнующих тем, что кажется странным, что пьеса написана испанским, а не российским драматургом. Спектакль актуален для нашей публики и вполне отвечает духу последней театральной моды: теперь и у интеллигентного режиссера Голомазова (кажется, впервые) на сцене употребляется нецензурная лексика, что абсолютно не обескураживает привычную ко всему московскую публику. К мату в театре у нас давно привыкли, и, несмотря на запрет госдумы, люди продолжают активно нецензурно выражаться. А иначе как выразить сильное раздражение или недовольство? Вот и по ходу действия такое творится, что реакция персонажей вполне обоснована. Вначале уверенно считываются знакомые коды, когда и поведение, и ситуация — все банально узнаваемо. Если бы режиссер с драматургом просто поиграли со своими героями в перевертыши, то спектакль остался бы на уровне заурядной комедии положений, но «Канкун» — не комедия, а трагикомедия, и здесь вам — не розыгрыш, а ловушка (для зрителей, в том числе).


Интрига девушки по имени Реме заключается в том, чтобы спрятать ключи от машины, чтобы нравящийся ей парень не поехал провожать подругу, а подруга в результате уехала с другим приятелем (так образовались две семейные пары) — через двадцать лет оборачивается для четверки друзей невероятным испытанием. В прекрасный курортный вечер та же реме (Татьяна Тимакова) напивается и проговаривается о том своем давнем поступке. Все вдруг понимают, что жизнь могла пойти по иному сценарию, и на следующее утро буквально впадают в безумие, пытаясь все начать сначала, вернуться в прошлое.

На долю молодой актрисы, ученицы Сергея Голомазова Татьяны Тимаковой выпали самые большие испытания, и, хотя роль ей явно на вырост (она написана на куда более взрослую и опытную женщину), Тимакова выкладывается по полной, не жалея себя. Почти весь спектакль актрисе приходится реально сходить с ума — сначала на пьяную, потом на трезвую голову, рыдать, истерически смеяться, и при всем при этом — удерживаться В жанре трагикомедии, избегая пошлости в двусмысленных ситуациях. Честно говоря, за героиню Татьяны Тимаковой переживаешь больше всего и ее чувства принимаешь к сердцу ближе.

Добротный, качественно поставленный, литературный материал не отпускает и после спектакля. В нем — не только проблемы семейной рутины, человеческой порядочности, но и вопросы, вопросы, вопросы: «Зачем иметь три машины, если на них некуда ездить…», «Зачем заниматься нелюбимым музыкальным инструментом, если можно взять в руки любимый», «Зачем нужна семья, если на нее совершенно нет времени и даже нет желания его находить?»…



Если бы пьеса не была написана, а спектакль не был поставлен мужскими руками, можно было бы заподозрить авторов спектакля в феминизме. Но в том-то и дело, что сегодня формулу сherchez la femme (шерше ля фамм) честней заменить на сherchez l`homme (шерше ль’омм) — ищите мужчину! Ведь вокруг одни женщины: они работают, заседают, принимают решения, а мужчины томятся (отдыхают) в ожидании. Кто окружает мальчиков с рождения и всю жизнь? Кто воспитывает и учит их в детских садах и школах? И чью же модель поведения мальчику принимать за образец? Откуда ему знать, что такое мужской поступок, мужской характер, если папы никогда нет рядом (в лучшем случае, он на работе)?

Каковы мужские персонажи этого спектакля? Висенте (Владимир Яворский) — поначалу выглядит этаким мачо, успешным харизматичным мужчиной, которого боготворит жена, но стоит ему столкнуться с коварством судьбы, перевернувшей его привычный уклад, оказывается, что вся его жизнь — образование, карьера, барские привычки и дорогой прикид (художник по костюмам Наталия Каневская) – все было в надежных женских руках. Он удобно опирался на женские плечи, при этом постоянно ворча и жалуясь на несвободу. И вот ему дается шанс: быть, наконец, рядом с любимой женщиной, — а он не может решиться и снова скулит, что ему подрезали крылья, не дают жить так, как он хочет. Он всерьез пытается договориться с любимой (чужой женой) о двадцатиминутных встречах по средам в обеденное время. Целых двадцать минут сомнительной радости – вот что наш «герой» готов сложить к ногам любимой. Артист Владимир Яворский смачно, не скупясь на комические краски, рисует своего Висенте — подкаблучника, бесхребетника, неудачника, глупца.

Второй мужской персонаж Пабло (Иван Шабалтас) – мужчина, на протяжении всего действия сохраняющий спокойствие (не путать в данном случае с достоинством). Его поведение также легко объясняется тем, что нынешние мужчины более не способны на поступки. Пабло так и не выходит из себя, невзирая на фантасмагорическую смену жен, пребывая в некоей прострации. Хотя нет, Ивану Шабалтасу удается пару раз все же оправдать своего Пабло, показав его преданность жене (которой из?). Он готов драться из-за нее с другом, готов бежать за врачом, за помощью, при этом, разумеется, готов терпеливо ждать, когда все само решится, и любимая сама вернется к себе прежней. А еще, с его мужественного лица скатывается-таки скупая слеза – кульминация мужского поведения.


В спектакле есть еще одна героиня — Лаура (Надежда бБребеня), которой в этом стремительном водовороте событий никакой любви вообще не досталось, зато досталось много потрясений. Она, бедная, вышла замуж за того, кого случай (в лице реме) послал, и живет с ним двадцать лет, терпя все глупости и выходки. Она судьбой также недовольна, но сердито (мужественно) принимает все, как есть. Молодой актрисе роль пока тоже на вырост (нужно, как минимум, с десяток лет понаблюдать мир вокруг и внутри себя), но в спектакле заложены возможности — расти прямо на сцене и получать удовольствие от собственной игры и от работы партнеров.

Магический видеоряд на экране наводит на мысль: как ни высока и таинственна вселенная, а человек умудряется все же приоткрыть хотя бы некоторые ее тайны, зато в собственной жизни люди разбираться до сих пор не научились. Никакие научные достижения не помогают  людям стать совершеннее, мудрее, лучше понимать друг друга. На фоне вечного светила маленькие человечки неуклюже пытаются решить свои судьбы, наивно полагая, что можно переписать черновик жизни. Друзья, второй попытки, не будет, хотя…может, еще раз посмотреть спектакль?